Совет ветеранов района собрался на очередное заседание. В небольшом зале – мест на сто – ненавязчиво играет музыка. «Город над вольной Невой», «Синий платочек» и другие набившие оскомину мелодии. Ветераны, шаркая ногами, рассаживаются по местам. Ветеранов, конечно, мало. В основном – жители блокадного Ленинграда. Те, кому во время войны было три годика, два… Из восьмидесяти человек лишь девять мужчин. И мужчины выглядят гораздо хуже женщин. Лишь один из них лихо подкручивает усы и смотрит по сторонам искрящимся взглядом. Но это тоже блокадник.

Я прижимаюсь к стене и внимательно фиксирую происходящее.
Звукорежиссер с волосами, завязанными в хвост, крутит ручки на микшерском пульте, потом устраивается поудобнее и открывает станицу «В контакте». Музыка играют, люди рассаживаются, звукорежиссер неспешно пролистывает фотографии друзей. Всем хорошо.
Начинают подходить главы отделов. В их задачи входит отвечать на появившиеся среди ветеранов вопросы. Начальники нервничают и своим видом показывают недовольство. Видно, у них дела.
— Надолго это? – спрашивает одна начальница другу.
— На полчасика где-то, на часик…
Начальница горестно вздыхает.
— У меня же там бумаги… — говорит она. Соседка понимающе качает головой.
— Бумаги! – добавляет начальница, и все начальники понимающе качают головами, мол, какая беда, оставить бумаги – это так неприятно…
Появляется глава. Он молод, одет в хороший костюм, но выглядит немного скованно. Председатель совета ветеранов, пожилой, но еще крепенький военный с влажными глазами, чем-то похожий на благородного дога, берет микрофон: «Начинаем наше караоке», — шутит он, но юмор не проходит. Тогда он кашляет и представляет главу. Тот встает, выходит к трибуне и говорит всякие дежурные слова. Кажется, разбуди его среди ночи, он начнет без запинки все это проговаривать. Я хорошо слышу существительные: «помощь», «обязательство», «герои», «долг», «поколение», «забота»… и все в том же духе. Старушки смотрят на него без должного пиетета. Они смотрят на него, как на младшего. «Вот что внучок говорит», — проносится по рядам. Кто-то оценивает худобу главы и то, как много он ест.
Ближе к концу речи глава, видимо, устает и начинает говорить на автомате. Он сбивается на современную речь. В какой-то момент он роняет фразу: «посмотрим на это с точки зрения логистики». Ветераны его не понимают. Одна старушка наклоняется к другой: «С точки зрения баллистики?», — уточняет она, но соседка лишь отмахивается от нее, мол, не понимаешь – и не понимай.
В конце заседания глава вручает активистам грамоты и дипломы. Активисты светятся. Им очень приятно. Глава тоже улыбается. Всем хорошо. На заднем плане звукорежиссер продолжает рассматривать фотографии.