Короче, съездили мы тут в Москву на концерт U2. Москва показалась мне милой и совсем даже не такой заносчивой, какой она представлялась мне раньше. Может, потому, что в этот раз не было Красной площади, Арбата и прочей попсы. Мы посетили Государственный музей изобразительного искусства имени Пушкина (кстати, какой-нибудь нормальный человек может мне объяснить, почему музей изобразительного искусства назван в честь поэта?), стоптав в нем пятки, поели дорогущий бизнес-ланч в японском ресторане, зашли в кинотеатр, где одно место стоит шесть тысяч рублей и поели пиццы в «Атриуме».

Концерт был удивительным. Сначала я сидел, как зомби и удивлялся, почему меня не вставляет. Я даже испытал что-то вроде разочарования. Но потом, где-то с пятой-шестой песни я почувствовал необыкновенный прилив чувств. На Miss Saraievo и In the little while даже прослезился. И еще, конечно, очень сильным в эмоциональном плане был выход Боно с Шевчуком. Я такого, наверное, ни разу в жизни не испытывал. Это было похоже на оргазм, достигнутый без фрикций. Иначе говоря, я почувствовал, что такое фрикции души.

На обратном пути закрыли «Спортивную» и мы тридцать минут шли пешком до «Фрунзенской». С учетом того, что у Алены скорость и так невысока, а тут еще и пальцы ног болели из-за мозолей, мы еле успели к часу, когда закрывается московское метро. И к поезду еле-еле успели.

Удивительно, но московские водители гораздо воспитаннее питерских. Нас на пешеходных переходах пропускали чаще, чем в родном городе. Это странно.
Обратно возвращались на дополнительном поезде, который в пути находился двенадцать часов. Двенадцать! При этом мы два часа стояли как придурки на запасных путях под Колпино. И в итоге приехали на Ладожский вокзал. Нормально?