Я всегда сторонился людей с неоднозначными именами. Мне ближе к сердце Вани, Федоры, Александры. А этот Ипполит приклеился ко мне, как банный лист.
Нас познакомил на каком-то вечере Миша. С тех пор мы сталкивались с Ипполитом едва ли не каждый день. В магазине, в метро, в аптеке, в поликлинике. Каждый раз мы мило улыбались друг другу и обменивались любезностями. Если бы у меня была шляпа, я бы ее обязательно приподнимал.
Вскоре стала понятна причина этих встреч. Мы жили в соседних домах.
Когда это выяснилось, мне пришлось пригласить его в гости. В разговоре возникла пауза, и чтобы ее как-то заполнить, я предложил прогуляться до меня. После этого Ипполит стал навещать меня с завидной регулярностью. Иногда он просто проходил на кухню и молча сидел какое-то время. Я предлагал ему чай.
— Нет-нет, — спасибо, — говорил Ипполит.
— Что-то случилось? – спрашивал я.
— Нет, — говорил Ипполит и горестно вздыхал, как бы намекая на то, чтобы я не останавливался и продолжал копать. Но мне копать было лень. Так мы вдвоем молчали где-то с полчаса. Я прихлебывал чай. Потом Ипполит вставал, благодарил и шел домой.
Обычно он сопровождал свой уход какой-нибудь многозначительной фразой.
— Как это все непросто…
Или.
— Странная штука жизнь…
Если я не выдерживал и предлагал свою помощь в какой-то неведомой беде, Ипполит вновь вздыхал.
— Мне уже не поможешь, — говорил он и уходил.
В общем, вскоре мне это надоело. А выгнать Ипполита не хватало духу. Недаром говорят, что я слишком мягкий. Мама считает, что этим обязательно воспользуются женщины…

— Может, у него рак? – спросил я как-то у Миши.
— У него брак. В голове.
— А что с ним? Почему он такой грустный… и нудный?
— Не знаю. Это загадка. Великая тайна природы.
— Честно говоря, он мне надоел.
Миша вздохнул.
— А уж мне то как!
— Как получилось, что вы с ним знакомы?
Миша пожал плечами.
— Не знаю. Познакомились на какой-то вечеринке.
— И все?
— Ну да. После этого как-то закрутилось…
Я провел параллель.
— Слушай, — говорю, — а сейчас он, случаем, не стал к тебе реже заходить?
Миша задумался.
— Ну может быть и стал…
Так выяснилось, что Ипполит – это переходящий трофей.
— Все ясно, — сказал я, — нужно устроить вечеринку. Пригласить какого-нибудь новичка и познакомить его с Иполлитом. Ипполит переключится на него и отстанет от меня. Что скажешь? А то у меня уже депрессия начинается из-за него. Я скоро плакать начну от его вида.
— Идея ничего. Если не сработает, так, по крайней мере, повеселимся.
Мы устроили вечеринку. Как правило, Ипполит не пропускал никаких увеселительных мероприятий. Он шлялся по квартире с кислым видом, внимательно смотрел на отдыхающих и внушал людям что-то от раздражения до открытой неприязни.
И так получилось, что на огонек заскочил мишин двоюродный брат, которого звали Стас. А Стаса только что бросила жена. И не просто бросила, а как-то особенно цинично. Укатила с его лучшим другом на Мальдивы и чуть ли не интимное видео прислала. С пометкой: «Вот что делают настоящие мужики, а не импотенты». Стас естественно запил, заложил свою однокомнатную квартиру и потерял работу. Пьяный он шел по тротуару и его сбила машина, что уже довольно странно. Страховая компания выплатила ему приличную компенсацию. Стас протрезвел, выкупил квартиру обратно и нашел работу. Жена поссорилась с другом и вернулась к нему. Стас ее простил, но через месяц она переехала к соседу и теперь унижала его каждый день, встречая на лестничной клетке. Стас после этого стал прихожанином какой-то сомнительной церкви, чей офис находился в бывшей трансформаторной будке. Не знаю, почему он продолжал ходить на вечеринки.
С Ипполитом мы решили познакомить именно его.
— Кажется, они сойдутся, — сказал Миша и подмигнул мне.
Мы представили их друг другу и разбрелись в разные стороны. Где-то через час мы заметили, что Стас сидит один и пьет свой чай.
— А где Ипполит? – спросили мы.
— Ушел.
— Куда?
— Не знаю.
— Просто взял и ушел?
— Ну да. Посидел какое-то время молча и ушел.
Его нигде не было. Ну и ладно, мы забыли про него.
Через три дня Ипполит позвонил в мою дверь.
— Хочу забрать книги, которые давал тебе читать.
Я внимательно посмотрел на него.
— Ипполит, ты не давал мне книги.
— Да? Значит, они у Миши.
Он развернулся и пошел к лифту. Потом остановился и разразился тирадой, которую мне прежде не приходилось видеть в его исполнении. Более того, он пучил глаза, что придавало ему вид какого-то безумного профессора.
— Думаете, я ничего не вижу? Я все вижу! ВЫ просто решили меня сбагрить, да? Что ж! Пусть вам будет хуже!
Я обомлел.
— Ипполит! Да с чего ты взял!
— Да с того, что вы подсадили меня к этому… как его…
— Стасу?
— Да! Это же тихий ужас! Он весь такой… весь такой…
— Нудный!
— Нудный! Это же просто невозможно! – он остановился, чтобы перевести дух, — у некоторых людей бывают настоящие трудности… Они страдают! А он… Эх!
Я набрался храбрости.
— Ипполит, — говорю, — а с тобой-то что случилось?
Ипполит поднял на меня глаза полные слез.
— Мой гербарий… Я потерял свой гербарий…
— Гербарий?
— Я собирал его с третьего класса. Там было все… Все! Клен, ольха, туя, даже иголочки пихты! А сибирский кедр! И все потеряно… Все!
Он закрыл лицо руками. На секунду мне показалось, что я стал невольным зрителем какого-то нелепого спектакля.
Ипполит смахнул слезу.
— А-а-а! – сказал он, — все равно вы не поймете!
И ушел.
Мы с Мишей продолжаем встречать его на некоторых вечеринках (как ни странно, у нас остались общие знакомые), но с нами он принципиально не разговаривает. Хотя ни я, ни Миша не понимаем – почему…