Спал долго. На работе осталось не так много дел, Витя в школу не ходит. Поэтому у меня лайт-режим. Все делаю с ленцой. Даже сплю как-то лениво. Позевывая.

Сегодня среда, а на работе уже почти никого нет. Только бухгалтер. Но она здесь по своей вине. Опять что-то напутала с цифрами. Она единственный в мире бухгалтер, который не знает таблицу умножения и до сих пор не умеет работать в exel.

Сходили с Витей на ёлку. Могу сказать, что с советских времен ничего — решительно ничего — не изменилось. Те же дешевые конфеты в картонных коробках как ожидаемые подарки, за которыми выстраивается очередь страждущих. Нелепые актеры в дешевых и грязных костюмах снеговиков и коричневых псов (кажется). К этому еще можно добавить совковый антураж СКК – и все станет ясно. Мне кажется, людям должно быть стыдно за такое.

Родителей в зрительный зал не пустили. Многие дети расставались с папами и мамами, плача. Как будто шли на казнь. Но Витя, кажется, был рад. Я, кстати, тоже. Пока он смотрел сорокаминутное (!) представление, я читал «Капитанскую дочку» и «Путешествие в Эрзурум», и могу сказать, что только за эти вещи стоит полюбить Пушкина.

Закончилось шоу трансляцией поздравления губернатора. Витя ожидал Деда мороза.

Прочитал статью в The New Yorker. Журналист критикует мэра за то, что Таймс Сквер очищена от снега и радует глаза туристов, а по улицам других боро невозможно проехать. Загнивает Америка…

Купил себе новый компьютер и нетбук. Сначала радовался, а потом это стало рутиной.

Решил больше не пользоваться нелицензионной продукцией. Только бесплатными аналогами с открытым кодом. Нашел в сети все, что нужно за час. New York Times, например, обалдев от финансовых запросов корпорации Adobe, верстает свои издания в одной такой программе. А ведь они лучшие.

Кстати, забавно. Мы с Аленой с ужасом думаем, на какие деньги мы будем жить в следующем году, но при этом за последние несколько дней у нас в доме появился целый сонм разных гаджетов. Даже какая-то чудо-швабра. Устроим аукцион, если что…