Кончился кофе. Это трагедия. И повышенная вероятность того, что я засну прямо перед монитором.

Сегодня на улице уже не свежо даже, а прямо холодно. Витя, узнав, что в школу нужно будет идти уже через две недели, расстроился. Хотя и не сильно.
— А я думал, лето подольше будет, — сказал он. Что ж, Витя, я тоже так думал.

С утра Витя готовил себе завтрак и приговаривал: «Глаза боятся, руки делают». У нас очень начитанный мальчик.

Вот уже два года, как я пытаюсь стать писателем. Кем-то вроде Достоевского, только повеселее. Пока не получается. Может, амплуа сменить?

Ника – самая веселая женщина в моей жизни. То есть, лучшая.

Я слишком похож на свою мать, чтобы быть счастливым человеком.

Во всем городе вырубило электричество. Натуральный блэкаут. А у нас на Коллонтай только кабельное не показывает. Да и то только метровые каналы. Даже перед людьми как-то неудобно.

Чуть позже выяснилось, что линия раздела проходит как раз по улице, названной в честь этой великой феминистки (кстати, жены Дыбенко). Там, где нечетная нумерация, света нет. Где четная – есть. К счастью, мы живем в доме номер шесть.

Пришел к выводу, что люди очень жадны до амбиций. В желании утолить эту жажду, они забывают о том, чего действительно достигли. Каждое новое достижение меркнет по сравнению с открывающимися целями. Но факт в том, что эту жажду утолить невозможно. Чтобы ты не делал, тебе всегда будет хотеться большего. Успешность – такое же бессмысленное понятие, как волосатость. Оно не может служить никаким мерилом.